Сибирь и Кубань – это Родина моя

Соколовский казак Иннокентий Орлов принял решение пойти на СВО после парада Победы, в котором принимал участие в 2022 году.

Сибирский характер, помноженный на наш кубанский нрав, дает удивительный сплав уравновешенности и южного жизнелюбия. Сколько встречаю людей, родившихся в Сибири и перебравшихся на Кубань, удивляюсь, как они органично вплетаются в местную жизнь, как всем сердцем прикипают к Кубани.

Строили планы

Иннокентий как раз такой. Добродушный, немногословный, крепкий – он вместе с семьей перебрался в хутор Новопавловский четыре года назад.
– Я из Омска, жена Аня с Байкала. Приехали сюда в гости к сестре. И так все понравилось, что решили здесь жить – устали от снега, – рассказывает мужчина.
До переезда сюда Иннокентий работал электромонтажником, 15 лет колесил по вахтам Севера и Арктики. В Улан-Удэ родился сын Женя.
Сюда же на Кубань переехали и родители Иннокентия. Все складывалось наилучшим образом – вся семья в сборе. Стали строиться да жизнь налаживать.
Иннокентий и его отец Евгений Юрьевич вступили в казачество. А тут спецоперация началась.
Знаковым событием для Иннокентия стало участие в параде Победы в Москве в 2022 году. Именно после парада он принял решение идти на фронт.
– Да, ушел из патриотических соображений, – на мой вопросительный взгляд спокойно отвечает мужчина.
Раз принял решение, значит, сделал. Следом за Иннокентием ушел на фронт и отец. Евгений Юрьевич – в прошлом военный, с боевым опытом, поэтому в военкомате вопросов по призыву на службу не возникло.
– Сказал тогда: «Как это, сын там, а я здесь?» и ушел буквально через несколько дней после мужа, – вспоминает Анна.
– Строили планы на жизнь, а оно вон как – дроны полетели, – говорит Иннокентий.

Другая реальность

Первый позывной Иннокентия – Шишига.
– Потому что на параде шел шестым в шестой шеренге, но пока в рацию его скажешь… А Орел – само приклеилось, так и остался Орлом, – улыбается Иннокентий.

К слову
Народным прозвищем «Шишига» и «Шишка» из-за созвучия с числом 66 называли армейский ГАЗ-66 – советский и российский среднетоннажный грузовой автомобиль повышенной проходимости.

Орел служит на Луганском направлении в Западной группировке войск разведчиком-минёром:
– Начинал водителем – возил электростанцию, а два года назад у нас появилось отделение по робототехническим комплексам, командир спросил: «Хочешь попробовать?» Ну а почему бы и нет?
Окунулся с головой в работу на новом направлении. Начинали тяжело, все сначала было за свой счет, но помогали люди – собирали и отправляли парням сварочные аппараты, электроды, сломанные гироскутеры, из которых доставались необходимые элементы.
– Первые машины собирали, что называется, на коленках, и они работали. Это сейчас и машины, и задачи другие, – рассказывает Орел.
Все было за эти долгие годы – и радость побед, и горечь утрат. Тяжелое ранение вывело бойца из строя на 9 месяцев: 7 месяцев в госпитале, два месяца реабилитации и обратно на передовую.
– Помнишь, как все было?
– Были дроны – пять штук. Мы с Технологом возвращались с боевой задачи, почти дошли, а дроны прям на асфальте сидели. Ждали. Мы даже видели, как они взлетают. Спрятаться не успели, – вспоминает Орел. – Напарник тоже весь перебитый, переломанный был. Он еще дольше меня на 1,5 месяца лечился. Сейчас продолжаем служить дальше.
К слову сказать, отец Иннокентия взял позывной Егерь и все эти годы прошагал в пехоте. Сейчас находится в госпитале по ранению, ждет операцию. Однозначно, сибиряков голыми руками не возьмешь!
Боевое братство для мужчин стало второй семьей.
– Мы просто вросли друг в друга. У нас командир отличный, работу свою мы четко знаем, если кто-то сходит с дистанции, тут же на его место встает другой. У нас каждый брат за брата, – делится Орел. – Из 130 человек, с которыми начинал службу, осталось в строю 19: кого-то списали, кто-то в госпитале, кто-то в земле лежит. Но я здесь буду до конца – кто-то же должен это закончить.

Простые истины

Пока глава семьи воюет, сын учится в кадетском казачьем корпусе, родилась дочка Ирина. В короткие отпуска Иннокентий строит дом, в этом ему помогают товарищ, тоже в прошлом боец СВО, и сын.
– От фундамента до крыши – все сами, – показывает мужчина. – Ничего не успеваю, если честно. Жена только порядок наведет, а тут я приезжаю и снова бардак.
– Ой, да разгребу все! – подхватывает Анна. – Он потом уезжает, а я потихоньку порядок навожу.
Аня – парикмахер, у нее свой кабинет.
– Уже год как работаю – денег скопила, еще у мужа попросила и открыла кабинет, – рассказывает женщина. – Не могу дома просто сидеть.
– Ань, как известие о ранении мужа восприняла?
– Да как. Приехала в госпиталь на ноги поднимать стала, ребенка на бабушку бросила. Вот и всё. Было очень тяжело. За две недели до начала учебного года сына он встал. Как только муж пошел – поехала ребенка в корпус отправлять.
– Что самое трудное когда мужа ждешь?
– Когда не звонит – это самое страшное. Я начинаю беспокоиться уже на третьи сутки. Как-то неделю на связь не выходил, но предупредил – сообщение отправил.
Пока мы разговаривали на кухне, пришли дети, сияя ярко-медными волосами.
– Ой, какие рыжики хорошие! – засмеялась я.
– А у нас все рыжие! – заулыбалась Анна.
– Иннокентий, а ты в Бога веришь?
– Да, я крещеный. Молюсь постоянно. Перед выходом на задачу, на задаче и после. К нам иногда священник приезжает. Хотелось бы почаще, конечно.
– Какую молитву знаешь наизусть?
– «Отче наш». А когда на задачу иду, своими словами к богу обращаюсь – из головы все слова вылетают, просто идешь и молишься.
– Помогает?
– Конечно, помогает, если бы не молились, давно бы уже там лежали.
– Что самое страшное для человека на войне?
– Невнимательность. Нужно под ноги смотреть, безалаберными не быть. Ответственно подходить к делу, тогда и меньше раненых будет, большая часть несчастных случаев происходит от невнимательности. Ребята дрон видят, а бегут все равно. Зачем? Остановился, лег. Но паника и страх делают свое дело.
– Что для тебя Родина?
– Я далек от политики,
поэтому для меня Родина – прежде всего, семья, дом, друзья. Говорят, что где родился, там и пригодился, а переехали сюда, и получается, что пригодился здесь. Малая, но родина – сюда тянет.
За разговорами обращаю внимание на увесистый короб на столе:
– А что это?
– А это сахарница, – улыбаются супруги.
– Это мы с ребятами на 3D-принтере отлили ко Дню подразделения на память. Там все наши позывные, – объясняет Иннокентий.
Даже в этом простом моменте чувствуется уважение к каждому, кто стал второй семьей, кто разделил фронтовые будни сполна.
Далеких планов на жизнь семья не строит – был бы живой да вернулся поскорей их муж и отец.
И еще один штрих клана Орловых – у них традиция сына называть в честь деда. А что еще нужно, чтобы поколения помнили?

Сказано
Григорий Мелехов, атаман ХКО «Соколовское»:
– Иннокентий с отцом пришли к нам в казачество, как только сюда приехали. Отличные люди оказались. Отмечу, что Иннокентий тот человек, на которого можно положиться – он в любое время приедет и придет на помощь, только попроси.
Орловы, что отец, что сын – молодцы, и семьи у них хорошие, такие трудолюбивые и очень спокойные. Иннокентий старается всегда и дома, и в казачестве успевать. Настоящий казак, мы гордимся такими кадрами!

Елена Бондарь